Документы, знаки и проч. РАРИТЕТЫ

Спасибо! Как будто вернулся в 80-е в родной полк. Жизненно!

Саша, молодец!
Вот что заметил - обилие мелких специфических и технических подробностей и нюансов, кои присутствуют в твоем повествовании, наверняка могут показаться скучными людям, далеким от боевой авиации и всех этих вещей...
Но нам-то это все так до боли знакомо! И вполне закономерно инициирует поток воспоминаний и ностальгию по былому...
Продолжай, дружище, внемлем с упоением!

Лёша ж, да это ж, самый же ж этот, как его , цимус (или цимес)!
А без этих мелких нюансов и деталей - были бы просто предварительная, просто парковый день, просто предполётная, просто послеполётная, просто регламенты, просто ремонт и пр. пр. просто...
Ну, а у нас на форуме людей, далёких от всех этих вещей я как-то не замечал.
Есть, есть ещё порох в пороховницах и ягоды в ягодицах!
Есть в заначке продолжение продолжения продолжения.
Дайте только срок, будет вам и белка (только не та, не Интернетовская :silly: , классная, к слову), будет и свисток!

В разговоре было затронуто всё, начиная от нашей первой встречи в качестве начальника-подчинённого в июне 1985 года, когда я перешёл в первую эскадрилью, продолжая дебатами о его дебильном выговоре, объявленном мне на ЦЗ за несвоевременную замену датчика ИДТ-80 (которую должны были производить СД-шники) правого двигателя самолёта борт. № 78 (техник самолёта Вова Рудько, Царство ему Небесное) и заканчивая тирадами о безусловно своевременном обнаружении неисправностей и устранении отказов. Здесь сильно покраснев, опущу в смущеннии перед форумянами голову.
Ставшие хрестоматийными случаи с кислородкой и бортом № 01 шли в разговоре отдельной строкой.
Ну, а квинтэссенцией этого разговора (не дословно, но смысл передан точно) стала его фраза: «Несмотря на все наши трения и разногласия, несмотря на то, что я неоднократно обещал сослать тебя в Тьмутаракань и даже ещё на несколько десятков километров дальше, так вот, несмотря на всё это, понимая, что свою должность ты уже перерос, а в полку пока тебе ничего не светит, я даю тебе «добро»».
Произнеся эту фразу, подвинул ближе к себе рапорт, взял ручку и написал резолюцию: «Ходатайствую по существу рапорта. Зам командира в\\ч 65244 по ИАС майор Поворознюк».
«По тёмным углам зачумленной дворницкой вспыхивал и дрожал изумрудный весенний свет. Брильянтовый дым держался под потолком. Жемчужные бусы катились по столу и прыгали по полу. Драгоценный мираж потрясал комнату» (с)
Несмотря на число в подписи 11 ноября 1987 года, казалось, что за окном весна, за спиной мгновенно выросли и расправились крылья, душа пела, тело плясало.
В разрывах розовых облаков уже совсем близко маячил забор «ремпоезда» - войсковой части 34539, рабочий день с 08-00 до 16-45, минимум нарядов, в общем, совершенно иная жизнь.
Казалось, вот оно счастье, только рукой подать…
Правда, скоро сказка сказывается, но не скоро дело делается. Эту стародавнюю истину ещё никто не отменял.
На следующий день после исторического (не побоюсь этого слова!) разговора с Поворознюком, я взял подмышку пакет со своим личным делом и по реестру передал в отдел кадров ремзавода, которым заведовал к тому времени Володя Толстых, который служил до этого в штабе ОБАТО – в\\ч 42088 (должность, убейте, не помню), место базирования аэродром Кайдаки, г. Днепропетровск.
Моё знакомство с ним ограничивалось кивком головы в коридоре штаба ОБАТО, когда я заходил в службу АТС подписывать всякие заявки, акты и выписывать накладные на получение всякого хлама.
Так вот, я передал ему личное дело, и он заверил меня, что после увольнения освободившего должность и совершения всех формальностей, на меня будет написано представление и отправлено в Москву.
Как говорится, дело уже было на мази.
Но, как водится, вмешался Господин Случай.
«Вороне где-то бог послал кусочек сыру;
На ель Ворона взгромоздясь,
Позавтракать - было совсем уж собралась,
Да призадумалась, а сыр во рту держала.
На ту беду Лиса близехонько бежала» (с)
В качестве Лисы в моём случае выступил некто Вова Александров.
Уже в начале 1988 года, будучи в очередной раз по каким-то делам на ремзаводе, забежал в отдел кадров.
В ответ на мой вопрос, как дела с моим представлением, Толстых замялся и выдал: «Извини, брат, ничего поделать не можем, не наша вина, но на твоё место уже назначен Вова Александров, наверное, знаешь такого?»
Вову Александрова я, конечно, знал. САУшник, из студентов. Кликуха «Чуваш» (четрез твёрдое чЭ). Видимо, из поволжских народов и был. Белобрысый, постоянно с красной мор…, простите, с красным лицом (правда, красное оно было от природы, а не от того, что вы подумали).
Сам не видел, но ходили по полку легенды, что Вова постоянно прячет заначку 1-3-5-10 рублей под погоны, а жена постоянно находит…
На момент этого разговора Вова возвращался из страны с сухим и жарким климатом. Возвращался, естественно, через Москву и там подсуетился, подогнав кому-нибудь в верхах презент в виде, к примеру, двухкассетного магнитофона «Sharp» или энного количества бумажных денежных знаков.
Да, как говорится, против силы (в данном случае, против денег) не попрёшь, против лома нет приёма…
Изумрудный весенний свет поблек, брильянтовый дым уже не держался под потолком, жемчужные бусы исчезли, драгоценный мираж растаял…
Испытав этот болезненный удар по голове, я решил переговорить с директором ремзавода полковником Рябчуком. Естественно, до этого все действия производились с его согласия. Сразу переговорить как-то не получилось, не было его на месте, но через несколько дней, отпросившись с полётов (как был, в зимней техничке, только без валенок), я приехал на «Луче» к воротам ремзавода и пошёл в штаб.
Время шло к 17-00, рабочий день на заводе подошёл к концу.
Я зашёл в кабинет, напомнил ситуацию.
Рябчук, держа моё личное дело перед собой, сказал (практически дословно): «И парень ты хороший, и хотел я тебя взять, и хочу, но…я поставлен перед фактом. Уже состоялся приказ на Александрова, вакантных должностей у меня на данный момент нет. Ну, а что делать тебе? У тебя два варианта: либо ты возвращаешь личное дело обратно в полк, либо пусть оно будет здесь, если уж тебе дали добро на перевод, авось что подвернётся».
Я ответил, что меня несравнимо больше устраивает второй вариант, авось чего дождусь.
И тут…
Господа-товарищи, друзья-форумяне, вы когда-нибудь выигрывали по трамвайному (не по лотерейному, а именно по трамвайному билету стоимостью три копейки) десять тысяч полновесных советских рублей???
Я больше чем уверен, что НЕТ!
А я выиграл!
До сих пор у меня стоит в ушах следующая фраза-вопрос, произнесённая Рябчуком: «А ты не хотел бы пойти военпредом в Краматорск? Правда, не в авиационную приёмку, а в другую, но ПВОшную?»
После этой исторической фразы я позволю себе задержать внимание уважаемых форумян и сделать маленькое лирическое отступление.
Я не сделаю открытия ни для кого из присутствующих на форуме и иже с ними, если скажу, что должность военпреда (опосредованно, вне зависимости от конкретной штатной клетки) была окутана неким таинственным ореолом, почти нимбом.
Попасть (именно попасть!) туда можно было либо по О-О-О-Очень большому блату, имея «лапу» повышенной волосатости, либо окончив академию (да и то таких счастливчиков было совсем немного).
За мою бытность семь с половиной лет в полку из всего инженерно-технического состава в приёмку ушли только четыре человека: Вова Пономаренко (12 рота 1980 г.в.) с должности стартеха 2-ой эскадрильи в Таганрог на авиазавод, Юра Рогачёв (35 рота 1980 г.в.) с тренажёра в Запорожье (не припомню, куда) и Бен Али (из слушателей) (попрошу не путать с недавно свергнутым президентом Туниса) с должности зам. инженера 3-ей эскадрильи (как я узнал позже, в Днепропетровск, не в авиационную приёмку).
Ещё попал в приёмку Серёжа Подзолков, 43 рота 1979 г.в. (совсем недавно ушедший от нас), но он попал позже и уже после академии.
Знаю, что у Вовы и Юры были родственники в этой системе. Вова, чего ты не выходишь на сайт, тебе же есть что рассказать?
У меня же «волосатой» лапы не было, парень я был «от сохи», в «блатной» Днепропетровск попал только благодаря тому, что имел право выбора по окончании учёбы в ДВВАИУ и выбрал Киевскую 8ОА ПВО.
«Хитровжаренным кондомом» никогда! не был. Ни за одну должность ни-ко-гда не заплатил ни копейки. Хотя в будущем открыто и завуалированно предлагали и просто намекали о возможности покупать вышестоящие должности и звания, по крайней мере, до полковника включительно.
Ну, да ладно, на данный момент это в прошлом…
Всё. Лирическое отступление закончено.
Просидев несколько секунд с широко разинутым ртом, переваривая сказанное (с учётом вышеизложенного про возможность попасть в военпреды из полка), я задал вопрос: «Товарисч полковник, может, я и не против, но как ЭТО РЕАЛЬНО осуществить?»
Он же мне ответил буквально следующее: «Как это осуществить, это не твоя забота, ты ответь: ДА или НЕТ?»
И, ничтоже сумняшеся, я говорю: «ДА!»

Саня, внимательно и с интересом читаю твою историю. Маленькое уточнение. Юра Рогачев, мой товарищ еще по Д-пилсской ДЮСШ, мой свидетель на свадьбе, служивший на нашем тренажере под началом Вити Гаевого и ушедший в Запорожье на начальника тренажера, попал в приемку на один из заводов по своей спецухе в г.Северо-Задонск, Тульской губернии.Никаких родственников из этой сферы у него не было, просто, попав с лейтенантов на "тренажерную" стезю, он был плотно "в теме", на короткой ноге с представителями промышленности( особенно при становлении "с нуля" Запорожского тренажера), они ему и дали "путевку", так сказать. Сейчас он живет в Новомосковске, той же Тульской губернии.Общаемся по "телефункену".
P.S.А Саня Бен-Али( кликуха "Работяга Бен" ,за его непреодолимую тягу не переутруждаться) давно в мире ином .

Спасибо за уточнение.
Человеческий мозг имеет свойство забывать. Если бы помнить всё, то моск бы просто лопнул.
А с Бен Али что случилось? По крайней мере, до середины девяностых с ним всё было в порядке.