Прибалтика в плане \"ОСТ\"

И в морду лица!!!

Статья вот из сети.Автор Виктор Павлов.В тему.

В качестве эпиграфа привожу вот это высказывание: "Мы свое место в Европе твердо определили на самом деле уже в 1242 году, когда вожди эстонского народа со своими воинами составили большую часть немецкого войска в Ледовом побоище против Александра Невского".

Март Хельме, посол Эстонии в России с апреля 1995 по май 1999 года.
В 1721 году закончилась Северная война и был заключен Ништадский мир. По нему к России отходила территории современных прибалтийских государств. То есть до 1721 года у народностей, населяющих данную местность не было и намека на какую-то государственность, включая такое понятие, как независимость и они, выражаясь современным языком, тоже были под пятой оккупантов. Причем всегда! Но под «дружественными » оккупантами! То есть холопы лизали столь милые и дорогие их сердцу сапоги и задницы. Дальше передней их не пускали. Прибалты всегда были довольны своим положением и ни на что большее не рассчитывали. Остзейские бароны были для них существами высшего порядка.

Вообще-то, в составе Российской империи им жилось не так уж и плохо, равно как и остальным окраинам «тюрьмы народов», но приведу маленький факт. Крепостное право в этих землях было отменено на полвека раньше, чем в России! Еще Александр I пошел навстречу эстляндскому дворянству, которое в 1810 подняло вопрос об освобождении крестьян без земли. В 1816 царь утвердил разработанный эстляндским дворянством соответствующий проект. В 1818 сходный закон был принял для Курляндии, в 1819 – для Лифляндии. Крестьяне получили личную свободу, но лишились земли, которую они теперь вынуждены были арендовать у помещиков.


Еще один фактец-ну, свалилась им в руки независимость в результате нашей революции и побыли они в течение 20 лет «свободными».


Среди обильных потоков лжи и клеветы, вылитых на нашу историю с начала "перестройки", не последнее место занимают истерические причитания российских демократов о "позорном пакте Молотова-Риббентропа", в результате которого тоталитарный сталинский режим якобы "поработил" маленькие, но свободолюбивые народы Литвы, Латвии и Эстонии. Сегодня в прибалтийских государствах судят бывших наших офицеров и советских партизан, с поощрения государственных властей проводятся сборища ветеранов легионов СС, местные политики выдвигают претензии к России о возмещении убытков за "оккупацию". И что же делать нам? Если не знать исторической правды, то остается лишь утирать плевки, каяться и посыпать головы пеплом, что «свободная» россиянская пресса не без успеха и делает.
Поэтому вопрос о том, каким образом происходило включение Прибалтики в состав СССР - далеко не риторический. Итак, как же это было?

Немного истории

Демократы, рассуждающие о постигшем в 1940 году несчастных прибалтов тоталитарном порабощении обычно подразумевают, что накануне прихода советских войск эти страны представляли собой белые и пушистые демократии. Однако при ближайшем рассмотрении картина оказывается прямо противоположной. Так, в Литве правил пришедший к власти в результате государственного переворота 17 декабря 1926 года профашистский режим партии "Таутининкай саюнга" (Союз националистов) во главе с Антанасом Сметоной. 12 апреля 1927 года Сметона объявил себя "вождем нации" и окончательно распустил парламент. Вплоть до 1 ноября 1938 года в стране действовало военное положение (отмененное по требованию гитлеровской Германии в связи с событиями в Клайпеде).


В Эстонии диктатура была установлена лидером Аграрной партии Константином Пятсом, совершившим переворот 12 марта 1934 года при поддержке главнокомандующего вооруженными силами генерала Йохана Лайдонера. Парламент был распущен, в марте 1935 года в стране были запрещены все политические партии, а 28 июля 1937 года принята конституция, согласно которой в Эстонии устанавливался режим, опиравшийся на единственную разрешенную общественно-политическую организацию "Иcамаалийт" ("Отечественный союз") и военизированную организацию самообороны - "Кайтселийт" ("Союз защиты").


Последним к веселой компании прибалтийских диктаторов присоединился возглавлявший латвийский "Крестьянский союз" Карл Ульманис, захвативший власть в ночь на 16 мая 1934 года при помощи отрядов "айзсаргов" и отдельных воинских частей, объявив военное положение, разогнав сейм и арестовав свыше 2000 человек.


Весьма своеобразным было и представление прибалтийских политиков о том, что такое независимость. Похоже, главным для них было не оказаться в одном государстве с русскими, будь то Российская империя или СССР. А вот под немцев они были готовы лечь с большим удовольствием. Например, будущий правитель "независимой Литвы" Сметона в октябре 1917 года возглавил так называемый Литовский Совет ("Летувос тариба"), принявший "Декларацию о присоединении Литвы к Германии". В ней говорилось: "Тариба Литвы просит у Германской империи помощи и защиты ... Тариба высказывается за вечную, прочную связь с Германской империей; эта связь должна осуществляться на основе военной конвенции, общих путей сообщения и на основе общей таможенной и валютной системы".


Уже 3 июля 1918 года "Тариба" приняла решение о создании в Литве монархии, пригласив на престол немецкого принца Вильгельма фон Ураха, который должен был стать королем Миндаугасом II. Однако четыре месяца спустя Германия капитулировала и там вспыхнула революция, в результате чего верноподданнический порыв "отцов-основателей" литовского государства пропал втуне. Как и планы их латвийских и эстонских коллег получить теплые местечки при дворе создаваемого на территории Эстляндии, Лифляндии и Курляндии "Балтийского герцогства". Естественно, тоже во главе с немецким принцем.


Впоследствии в Эстонии немцы сделали ставку на "Союз участников освободительной войны" ("Вабс"). Эта массовая организация - ее численность к концу 1934 года достигала 100 тысяч человек - финансировалась Германией и была связана с германскими и финскими спецслужбами. В 1935 году члены "Вабса" попытались совершить государственный переворот и установить в Эстонии фашистскую диктатуру. Однако заговор был раскрыт и деятельность "Вабса" запрещена.


Впрочем, эта неудача отнюдь не обескуражила немецкую разведку. Быстро сориентировавшись в местной политической обстановке, она обратила свой взор на победителей. Результат не замедлил себя ждать. В 1939 году 2-е бюро генштаба французской армии (французская разведка) констатировало: "Руководители Эстонии и высшие офицеры эстонской армии (в особенности генерал И.Лайдонер, второй человек в государстве, долгое время связанный с британцами) находятся в настоящее время на содержании немцев". Неудивительно, что в 1938 году осужденные заговорщики из "Вабса" были амнистированы - как известно, ворон ворону глаз не выклюет.


Накануне нападения Германии на Польшу министр иностранных дел Эстонии Карл Сельтер, беседуя с польским представителем, заверил его, что лично он "предпочел бы три года немецкой оккупации двум неделям советского господства". А несколько недель спустя, 16 сентября 1939 года по требованию немецкого посла эстонскими властями была задержана зашедшая в Таллинский порт поврежденная польская подводная лодка "Орел". Однако в ночь на 18 сентября ее экипаж сумел обезоружить охрану и, невзирая на обстрел с эстонских кораблей и береговой батареи, вывести "Орла" из гавани. В результате польским морякам удалось прорваться в Англию.


Похоже, роль немецких холуев крепко впиталась кое кому из "горячих эстонских парней" в генетическую память. Как заявил недавно с гордостью Март Хельме, бывший с апреля 1995 по май 1999 года послом Эстонии в РФ: "Мы свое место в Европе твердо определили на самом деле уже в 1242 году, когда вожди эстонского народа со своими воинами составили большую часть немецкого войска в Ледовом побоище против Александра Невского". Комментарии? Излишни...



"Советские войска встречали цветами"



Тем временем всячески поощряемый западными демократиями Третий рейх созрел, наконец, для практической реализации мечты Гитлера о завоевании "жизненного пространства" на Востоке. Тут же стало ясно, что независимости "маленьких, но гордых" прибалтийских государств приходит конец. Начался этот процесс, разумеется, с Литвы, имевшей общую границу с Восточной Пруссией.


Первая проба сил состоялась в Клайпеде (Мемеле) - городе, отторгнутом от Германии и переданном Литве по условиям Версальского мирного договора. В июне 1938 года там начались волнения немецкого населения. В конце того же месяца литовский министр иностранных дел Стасис Лозорайтис был вызван в Берлин, где имел беседу с Риббентропом, который потребовал "прекратить всякое притеснение лиц немецкой национальности" в Клайпедском крае и не препятствовать там "развитию идей национал-социализма".


Надо ли пояснять, что все эти требования были беспрекословно выполнены литовским руководством. Более того, стремясь изо всех сил угодить немцам, оно запретило литовским газетам писать что-либо неприятное о Германии, разрешило трансляцию речей Гитлера по радио, а также распространение в Литве книг Гитлера и Розенберга. Да, вот бы так реагировали сегодня на протесты российского МИД по поводу притеснения русских в Прибалтике! Но не будем о печальном...


15 марта 1939 года с политической карты мира исчезает Чехословакия, а уже 22 марта Германия под угрозой применения силы потребовала от правительства Литвы передать ей в течение 48 часов порт Клайпеду и Клайпедскую область. Что и было выполнено - все надежды литовцев на поддержку со стороны западных демократий оказались напрасными. Германские войска оккупировали Клайпеду.


11 апреля Гитлер утвердил "Директиву о единой подготовке вооруженных сил к войне на 1939-1940 гг.", в которой предусматривалось, что после разгрома Польши Германия должна взять под свой контроль Латвию и Литву8. Как было сказано в приложении к директиве: "Позиция лимитрофных государств будет определяться исключительно военными потребностями Германии. С развитием событий может возникнуть необходимость оккупировать лимитрофные государства до границы старой Курляндии и включить эти территории в состав империи".


Наивно полагать, что этому могли воспрепятствовать Англия и Франция, только что цинично сдавшие своего союзника Чехословакию, а позднее точно так же предавшие и Польшу. Однако тут в игру вмешался Советский Союз. Перспектива превращения бывших территорий Российской империи в провинции Третьего рейха советское руководство никак не устраивала: произойди такое - и в случае войны немецкая группа армий "Север" атаковала бы Ленинград не от Кенигсберга, а от Нарвы, да еще и имея дополнительно в своем составе десяток прибалтийских дивизий. В результате согласно заключенному 23 августа 1939 года советско-германскому договору Латвия и Эстония были включены в советскую, а Литва - в германскую сферу влияния.


Не успев еще до конца разделаться с Польшей, немцы, не откладывая дела в долгий ящик, попытались "оприходовать" и Литву. 20 сентября 1939 года в Берлине был подготовлен проект документа "Основные принципы договора об обороне между Германией и Литвой", превращавшего Литву в германский протекторат:


"20 сентября 1939 г.


Правительство Германского Рейха и правительство Литвы, учитывая политическое положение в Европе в целом и с целью гарантировать интересы обеих сторон, которые во всех отношениях дополняют друг друга, договорились о нижеследующем:


Статья I


Без ущерба для своей независимости как государства Литва отдает себя под опеку Германского Рейха.


Статья II


С тем чтобы эта опека могла осуществляться на деле, Германия и Литва заключают между собой военную конвенцию.


Статья III


Оба правительства должны незамедлительно вступить в переговоры друг с другом в целях установления тесных и всеобъемлющих экономических отношений между двумя странами.


Основное содержание военного соглашения


1. Численность, дислокация и вооружения литовской армии должны быть регулярно устанавливаемы при полном согласии Верховного командования Вермахта.


2. Для практической реализации условий пункта 1 в Каунас направляется германская военная комиссия".


25 сентября Гитлер подписал директиву №4, согласно которой следовало "держать в Восточной Пруссии наготове силы, достаточные для того, чтобы быстро захватить Литву, даже в случае ее вооруженного сопротивления"11. Однако в тот же самый день на начавшихся советско-германских переговорах об урегулировании польской проблемы СССР предложил обменять Литву на отходившие к нему территории Варшавского и Люблинского воеводств. Немцам пришлось уступить - в секретном дополнительном протоколе к германо-советскому договору о дружбе и границе от 28 сентября 1939 г. территория Литвы включалась в сферу интересов СССР. Таким образом, можно сказать, что Литву мы увели буквально из-под носа у Гитлера.


Добившись признания Прибалтики сферой своего влияния, СССР срочно заключает договора о взаимопомощи: 28 сентября 1939 года с Эстонией, 5 октября - с Латвией, а 10 октября - с Литвой (при этом Литве передавались только что освобожденные от поляков Вильно и Виленская область). Согласно этим договорам, СССР получал право размещать войска, военные и военно-морские базы на их территориях.


Войск было введено немного - чуть больше 60 тысяч человек на всю Прибалтику, и они получили строжайший приказ не вмешиваться во внутренние дела стран пребывания. Как пояснил 25 октября Сталин Димитрову: "Мы думаем, что в пактах о взаимопомощи (Эстония, Латвия и Литва) нашли ту форму, которая позволит нам поставить в орбиту влияния Советского Союза ряд стран. Но для этого нам надо выдержать - строго соблюдать их внутренний режим и самостоятельность. Мы не будем добиваться их советизации. Придет время, когда они сами это сделают!"



Время пришло. Летом 1940 года 14 июня СССР предъявил Литве ультиматум, обвинив ее в нарушении договора о взаимопомощи и потребовав сменить правительство на лояльное Москве. 16 июня аналогичные ультиматумы были предъявлены Латвии и Эстонии.


Советские условия были выполнены. Созданные в Литве, Латвии и Эстонии новые правительства состояли из дружественно настроенных к СССР политических деятелей. Вышедшие из подполья коммунистические партии заняли ведущее положение в общественной жизни. На массовых митингах выдвигались требования не только соблюдать договоры о взаимопомощи с СССР, но и провозгласить в трех республиках советскую власть с последующим вхождением в СССР. Правительства Эстонии (22 июня), Латвии и Литвы (5 июля 1940 г.) объявили о проведении выборов в новые верховные органы власти, которые состоялись 14-15 июля. За кандидатов единых списков "партий трудового народа" по официальным данным было подано от 92,8% (в Эстонии) до 99,19% (в Литве) голосов избирателей, принявших участие в голосовании.


21 июля 1940 года вновь избранные парламенты обратились с просьбами о принятии в Советский Союз, которые и были удовлетворены 7-й сессией Верховного Совета СССР: 3 августа Литва, 5 августа - Латвия, а 6 августа - Эстония стали советскими республиками. Таким образом, насильственно отторгнутая от России Прибалтика в очередной раз вернулась в состав нашей страны.


Тем же, кто сегодня отрицает легитимность этих решений, говоря, что они были приняты в условиях советской оккупации, не мешает вспомнить, например, длинный список американских интервенций в разные страны. Там под надзором армии США тоже проводились всевозможные выборы, референдумы и прочие мероприятия, результаты которых, как это ни странно, всегда устраивали пресловутое "мировое общественное мнение". Выборы под дулом американских автоматов в Доминиканской республике в 1965 году, на Гренаде в 1983-м, или недавняя избирательная кампания в Боснийской Сербии, где уполномоченные натовских оккупантов отстранили едва ли не всех неугодных им кандидатов, были ничуть не демократичнее выборов, состоявшихся в июле 1940 года в Прибалтике. Несмотря на всяческое словоблудие, в мировой политике действовало и продолжает действовать право сильного. Однако, по мнению нашей либеральной общественности, право на силовые акции имеют все, кроме России.



Каково же было отношение к "оккупации" жителей Прибалтики? Конечно, о том, что вступление в СССР поддержало свыше 90% населения, речи не идет. Однако настроения в пользу такого шага были достаточно массовыми. Например, вот как описывал события, происходившие в Каунасе на следующий день после подписания советско-литовского договора, временный поверенный в делах СССР в Литве Ф.Ф.Молочков в своем письме от 14 октября 1939 года на имя заведующего отделом Прибалтийских стран НКИД СССР А.П.Васюкова:


"11.10-39 г. С утра весь город украсился государственными флагами. На улицах царило исключительное возбуждение: люди целовались, поздравляли друг друга, обменивались мнениями и т.п. Бросалось в глаза, что главной причиной возбуждения среди уличной массы была передача Литве Вильно и Виленского края. В 11 часов дня работа учреждений, промышленных и торговых предприятий была прекращена. Рабочие и служащие были призваны демонстрировать перед Военным музеем и домом Президента... После речи Сметоны неожиданно для всех выступил журналист Палецкис. Он заявил, что действительным виновником торжеств является СССР, а не отдельные литовские учреждения и лица, которые ничего не сделали и сделать в отношении Вильно не могли, что напрасно имя СССР игнорируется. Затем потребовал отставки правительства, как он заявил, насилия и бесправия.


Получилось замешательство. Президент при последних словах ушел с балкона. Затем колонны демонстрантов по Лайсвес-аллее стали расходиться по домам. Однако для того чтобы эти колонны не прошли мимо здания Полпредства (находится в конце этой улицы), полиция стала направлять поток людей в боковые улицы. Все же у здания Полпредства с криками "ура" и лозунгами по адресу Советского Союза были демонстрации: большой колонной студенты, затем группа актеров драмы Гостеатра и две огромные демонстрации рабочих...


Вечером у здания Каунасской тюрьмы собралась толпа в 300 чел., главным образом рабочих и трудовой интеллигенции. Состоялся митинг с требованием амнистии, реформ и отставки правительства. Вызванные наряды полиции и засада митинг разогнали, сильно избив и переарестовав многих участников...".



Но может быть, советский дипломат, говоря о симпатиях литовских трудящихся к СССР, выдает желаемое за действительное? Обратимся к свидетельству противоположной стороны. Вот что говорилось в бюллетене департамента государственной безопасности Литвы от 16 октября 1939 года, подписанном директором департамента Аугустасом Повилайтисом:


"События этих дней показали, что среди наших рабочих коммунистическая агитация находит себе неплохую почву. Влиянию коммунистов поддается немало и тех рабочих, которые раньше с коммунистической деятельностью ничего общего не имели. Один из наиболее заметных коммунистических деятелей, говоря о теперешнем настроении рабочих, проговорился, что сейчас рабочие так настроены, что сами рвутся на демонстрации. Дескать, если бы только коммунистическая партия имела лучше организованную сеть агитаторов, то ежедневно могла бы проводить по нескольку демонстраций.


Следует отметить, что такая оценка не слишком преувеличена. Как стало сейчас известно, коммунистическая партия не намерена часто проводить небольшие демонстрации. Уже и прошедшие убедительно показали решимость рабочих. Кроме того, такие демонстрации слишком больно сказываются и на самой партии. Частые аресты могут подорвать настроение рабочих. Однако партия, не отказываясь и от небольших демонстраций, намерена разжечь всеобщую забастовку рабочих.


Для разжигания забастовки имеются достаточно веские основания, ибо в настоящее время экономическое положение рабочих значительно ухудшилось: повышены цены, не отпускают в кредит, сужается производство, сокращается число рабочих дней, а нормы оплаты остались прежними. Забастовке, начатой с экономических требований, позже будет придан политический характер: будет выдвинуто требование освободить политических заключенных, избрать демократический сейм, создать демократическое правительство и т.д.".


В следующие несколько месяцев ситуация только усугубилась. Из бюллетеня департамента государственной безопасности Литвы от 11 марта 1940 года:


"В настоящее время экономическое положение рабочих значительно ухудшилось. С конца 1939 г., то есть с того времени, когда нормы зарплаты рабочих были повышены на 5-15%, цены на многие продукты питания и на топливо возросли на 30% и продолжают расти. Подорожали и другие предметы потребления и их производство, а квартплата, хотя на это и рассчитывали, не снизилась.


Особенно отрицательное воздействие на рабочих имело повышение цен на продовольственные товары. По мнению рабочих, и печать попустительствовала торговцам. На протяжении одной недели в печати сообщалось, что цены на муку и хлеб не повысятся, а на следующей неделе уже сообщается о подорожании этих продуктов. Необоснованно были подняты цены и на сахар, так как при их повышении ссылаются на соответствие зарубежным ценам на сахар, в то время как за рубежом они намного ниже. Рабочие говорят, что они лучше, чем кто-либо другой, знают, что на многих фабриках до сих пор используются запасы сырья, закупленные еще по довоенным ценам, а изготовленные из него изделия продают по более высоким ценам.


Кроме того, в довоенные годы фабрики имели колоссальные прибыли, почему же их нельзя использовать для выравнивания цен на нынешние изделия? Однако работодатели и не думают этого делать, да еще ищут случая обойти законы об охране труда, уволить рабочих и т.д. Это им и удается.


В действительности, за этот период заработки рабочих уменьшились, так как многие фабрики и предприятия, свертывая производство из-за нехватки сырья, сократили количество рабочих дней. Некоторые фабрики часть рабочих совсем уволили. Плохие перспективы у строительных рабочих, так как в предстоящем сезоне крупные стройки более не намечаются. Снизились заработки и у отдельных ремесленников, так как стало поступать меньше заказов.


Эти явления не только вызывают у рабочих озабоченность их экономическим положением, но и увеличивают недовольство существующим социальным строем. Это недовольство может проявиться и в публичных формах. Это видно из заявлений рабочих на публичных собраниях в Палате труда и на их тайных совещаниях. Забастовка рабочих общественных работ в Лампеджяй, а затем сагитированные короткие забастовки протеста рабочих на предприятиях в достаточной мере характеризуют нынешние настроения рабочих.


Агенты коммунистической партии и другие антигосударственные агенты умело используют недовольство рабочих для своей пропаганды. Так как такие агенты оперируют убедительными аргументами, то они находят немалое одобрение в рабочей среде. Подстрекательство антигосударственных элементов легко подавить и полицейскими мерами, однако если сами рабочие начнут добиваться улучшения экономического положения своими силами, путем организации забастовок более широкого масштаба, подавление такого движения только при помощи административных мер, без удовлетворения требований рабочих, может дать нежелательные результаты".


А вот выдержки из документов английского посольства в Риге, свидетельствующие, как происходило установление советской власти в Латвии. Для тех, кто сомневается в их объективности, заметим, что отношения между Лондоном и Москвой в этот период были весьма натянутыми. Несмотря на прекращение советско-финской войны, Англия и Франция вели практическую подготовку нападения на советское Закавказье - вплоть до 10 мая 1940 года, когда Германия неожиданно перешла в наступление на Западном фронте и у союзников возникли другие, более насущные проблемы. Таким образом, никакого резона кривить душой, подыгрывая большевикам, у английских дипломатов не было.


Итак, вот что сообщал в МИД Великобритании посланник в Латвии К.Орд.


Из шифротелеграммы №286 от 18 июня 1940 г.:


"Вчера вечером в Риге имели место серьезные беспорядки, когда население, значительная часть которого встречала советские войска приветственными возгласами и цветами, вступило в столкновение с полицией. Сегодня утром все спокойно ...".


Из шифротелеграммы №301 от 21 июня 1940 г.:


"Братание между населением и советскими войсками достигло значительных размеров".


26 июля 1940 года лондонская "Таймс" отмечала:


"Единодушное решение о присоединении к Советской России отражает ... не давление со стороны Москвы, а искреннее признание того, что такой выход является лучшей альтернативой, чем включение в новую нацистскую Европу".


Как показали дальнейшие события, этот вывод "Таймс" был вполне справедлив - ничего хорошего нацисты прибалтам не готовили. Однако не будем забегать вперед...



"Невинные жертвы" на службе "Абвера"



Естественно, далеко не все литовцы, латыши и эстонцы испытывали радость от вступления в СССР. Были и недовольные - в первую очередь те, кого большевики в свое время окрестили емким словом "бывшие": чиновники, офицеры, крупные собственники, в одночасье превратившиеся из элиты общества в рядовых граждан и не желавшие с этим смириться. Связывая надежды на реванш с приходом гитлеровской армии, они при помощи германской разведки развернули активную работу по созданию повстанческих групп и организаций. Основой антисоветского подполья стали массовые полувоенные националистические формирования, на которые в свое время опирались диктаторские режимы Сметоны, Ульманиса и Пяста: "Шаулю саюнга" ("Союз стрелков") в Литве, "айзсарги" ("охранники") в Латвии, "Кайтселийт" в Эстонии.


Подобная деятельность не оставила безучастной органы государственной безопасности. Так, с июля 1940 по май 1941 года НКГБ Литовской ССР было вскрыто 75 нелегальных организаций и групп, при этом изъято большое количество винтовок, пистолетов, гранат, патронов, а также 15 множительных аппаратов. В Латвии удалось ликвидировать четыре резидентуры германской разведки, тесно связанные с местными антисоветскими организациями и группами, а также около 90 агентов-одиночек. В Эстонии незадолго до начала войны была пресечена деятельность "Комитета спасения", состоявшего из бывших членов "Вабса", "Изамаалийта", "Кайтселийта", "Объединения эстонских националистов". У арестованных участников "Комитета" было изъято множество оружия, а также радиоаппаратура, шифры, использовавшиеся для поддержания связи с немецкой и финской разведками.


Однако всего этого оказалось недостаточно. 21 мая 1941 года Восточно-прусское управление германской военной разведки (Абвер-2) констатировало: "Восстания в странах Прибалтики подготовлены, и на них можно надежно положиться. Подпольное повстанческое движение в своем развитии прогрессирует настолько, что доставляет известные трудности удержать его участников от преждевременных акций. Им направлено распоряжение начать действия только тогда, когда немецкие войска, продвигаясь вперед, приблизятся к соответствующей местности с тем, чтобы русские войска не могли участников восстания обезвредить".


В этих условиях, учитывая нараставшую угрозу военного нападения Германии, ЦК ВКП(б) и СНК СССР приняли постановление об очистке республик Прибалтики от неблагонадежных элементов. Операция по их изъятию была осуществлена в ночь с 13 на 14 июня 1941 года. О ее результатах можно судить по следующему документу:


"Докладная записка НКГБ СССР №2288/М в ЦК ВКП(б), СНК СССР и НКВД СССР об итогах операции по изъятию антисоветского, уголовного и социально опасного элемента в Литве, Латвии и Эстонии


17 июня 1941 г.



Подведены окончательные итоги операции по аресту и выселению антисоветского, уголовного и социально опасного элемента из Литовской, Латвийской и Эстонской ССР.



По Литве: арестовано 5664 человека, выселено 10187 человек, всего репрессирован 15851 человек.
По Латвии: арестовано 5625 человек, выселено 9546 человек, всего репрессирован 15171 человек.
По Эстонии: арестовано 3178 человек, выселено 5978 человек, всего репрессировано 9156 человек.
Всего по всем трем республикам: арестовано 14467 человек, выселено 25711 человек, всего репрессировано 40178 человек.


В том числе по трем республикам:



а) активных членов контрреволюционных националистических организаций арестовано - 5420 человек, выселено членов их семей - 11038 человек;
б) бывших охранников, жандармов, полицейских, тюремщиков арестовано - 1603 человека, выселено членов их семей - 3240 человек;
в) бывших крупных помещиков, фабрикантов и чиновников бывшего госаппарата Литвы, Латвии и Эстонии арестовано - 3236 человек, выселено членов их семей - 7124 человека;
г) бывших офицеров польской, латвийской, литовской, эстонской и белой армий, не служивших в территориальных корпусах и на которых имелись компрометирующие материалы, арестовано - 643 человека, выселено членов их семей - 1649 человек;
д) членов семей участников контрреволюционных организаций, осужденных к ВМН, арестовано - 27 человек, выселено - 465 человек;
е) лиц, прибывших из Германии в порядке репатриации, а также немцев, записавшихся на репатриацию и по различным причинам не уехавших в Германию, в отношении которых имеется компрометирующий материал, арестовано - 56 человек, выселено - 105 человек;
ж) беженцев из бывшей Польши, отказавшихся принять советское гражданство, арестовано - 337 человек, выселено - 1330 человек:
з) уголовного элемента арестовано - 2162 человека;
и) проституток, зарегистрированных в бывших полицейских органах Литвы, Латвии и Эстонии, ныне продолжающих заниматься проституцией, выселено - 760 человек;
к) бывших офицеров литовской, латвийской и эстонской армий, служивших в территориальных корпусах Красной Армии, на которых имелся компрометирующий материал, арестовано - 933 человека, в том числе: по Литве - 285 человек, по Латвии - 424 человека, по Эстонии - 224 человека...".


Сегодня события 14 июня трактуются в Прибалтике как национальная трагедия. При этом местные политики норовят многократно завысить количество репрессированных, а когда им указывают на документальные данные, пускают в ход демагогию. Как, например, посол Эстонии в РФ Тийт Матсулевич в интервью газете "Известия": "Наверное, вообще неэтично ссылаться на количественные показатели. 14 июня 1941 года из нашей страны вывезли более 10 тысяч человек, а тысячу, к примеру, или сто следует считать, что ли, более пристойной цифрой? Эти десять тысяч составляли фактически элиту населения страны, насчитывавшей в ту пору немногим более миллиона жителей".


Так что, к эстонской национальной элите господин посол причислил не только "охранников, жандармов, полицейских, тюремщиков", но и уголовников с проститутками (см. пункты "з" и "и" докладной записки НКГБ СССР). Стоит ли удивляться, что 11 июля 2001 года - всего лишь через месяц после интервью - сам Матсулевич был с позором снят с должности за растрату государственных средств.


Или посмотрим на биографию того же генерала Лайдонера, бывшего офицера царской армии, служившего и большевикам (с декабря 1917 по февраль 1918 года), и "независимой Эстонии", и англичанам, и немцам. Приходится признать, что на его фоне эстонские "ночные бабочки" выглядят воплощением невинности и добродетели.


Впрочем, мы отвлеклись. Давайте-ка припомним: а зачем, собственно, затевалась состоявшаяся 14 июня операция? Неужели для того, чтобы коварно лишить прибалтов их национальной элиты в лице проституток и уголовников? Не только. Ее главной целью ставилось уничтожение в Прибалтике фашистского подполья. Насколько успешно была решена эта задача? Обратимся к свидетельствам противника.


Так, бывший офицер СС И.Кажоциньш в своих воспоминаниях, опубликованных в эмигрантском журнале "Даугавас ванагу менешракстс" № 3 за 1982 год, утверждает, что 15 июня 1941 года хорошо вооруженные группы действовавшей на заводе ВЭФ подпольной организации должны были на нескольких грузовиках выехать из Риги на "экскурсию" в Видземе, в Мадонский уезд, где существовала большая подпольная организация айзсаргов. Объединившись с ними, диверсанты планировали захватить Мадонскую радиостанцию и призвать жителей Латвии к свержению Советской власти. Однако в ночь с 13 на 14 июня большая часть организаторов "туристической поездки" стала жертвами депортации. В результате захват радиостанции не состоялся.


Согласно обзору, составленному полицией безопасности и СД Латвии в декабре 1942 года, 14 июня было арестовано и выслано около 5000 лиц, связанных с германской агентурой.


Таким образом следует признать, что кпд проведенной советскими органами госбезопасности операции оказался весьма высок. Среди высланных действительно было множество немецких агентов. Что же касается прочих пострадавших от депортации "сливок общества", то им вообще-то грех жаловаться. Будучи у власти, они арестовывали местных коммунистов, так стоит ли возмущаться, что теперь коммунисты арестовали и выслали их самих.


Заключение


Когда Гитлер оккупировал Прибалтику, именно территория Эстонии была объявлена "Юденфрай" - свободной от евреев, первая в Европе. Если бы подобными методами действовал тиран Сталин, вопросов о поддержании загибающейся культуры финно-угорских народов просто не возникло бы. И эстонцы, и венгры и финны сражались на стороне нацизма, оттого наказание коснулось бы всех.


Приведенные выше архивные документы о поведении прибалтийских гордых государствах в преддверии войны с СССР весьма красноречивы. Мечтали они о том, чтобы фашисткие войска вошли в их страны. Теперь представим себе расстояние от Эстонии до Ленинграда. Так немцы (от Нарвы-то!) могли сходу взять его и повернуть Северную группу войск на Москву, и никакие сибирские дивизии уже не помогли бы. Но тут случилась неприятная оказия для прибалтов – подписание пакта Молотова-Риббентропа. Кстати, а где сам подлинник этого документа? Наши лица правозащитной национальности до сих пор стенают об этом пакте. Вот бы Гитлер победил - то-то радости для них было! Правда, не учитывают, при этом, что скорее всего они бы не появились на свет, вследствие гибели их предков в концлагерях типа Освенцима и Майданека и в различных гетто. Но как тогда быть с кадрами кинохроники о вступлении советских войск на территорию Прибалтики? Трудно было в то время устроить такую ликующую массовку, да и компьютерные технологии тогда еще не в ходу были. Правда, Литва получила в подарок треть территории вместе с городом Вильно (кстати, они меньше всех кричат и закон о нулевом гражданстве прошел именно у них).


А западные державы в те годы особо не возникали и с пониманием отнеслись к этим событиям: «Эта акция воспринималась союзниками по антигитлеровской коалиции как малоприятный, но совершенно необходимый и своевременный шаг советского руководства».


В сборник документов «Прибалтика и геополитика» вошли разведдонесения за период 1935-1945 годов, пишут «Известия». Эти документы, предназначенные исключительно «для внутреннего пользования», «Гарри Гопкинс (личный представитель Рузвельта в Англии, неоднократно вел переговоры со Сталиным) в беседе с нашим источником по вопросу о включении в состав Советского Союза после войны Эстонии, Латвии и Литвы заявил: «Если русские захотят получить Прибалтику после войны, то они ее получат». Однако он не думает, чтобы об этом (то есть о праве Советского Союза на Прибалтику) американцы заявили бы публично».


Из секретного меморандума министра иностранных дел Великобритании Антони Идена за № WP/42/48 от 28 января 1942 года, разосланного для ознакомления членам английского правительства:


"(...) 7. При рассмотрении пункта 2, а именно о наилучшем способе действий в связи с требованием Сталина признать за СССР границы 1941 года, возникают затруднения, вытекающие из наших собственных интересов. (...)


б) С чисто стратегической точки зрения как раз в наших интересах, чтобы Россия снова обосновалась в Прибалтике с тем, чтобы иметь возможность лучше оспаривать у Германии господство в Балтийском море, чем она могла это делать с 1918 года, когда для доступа к Балтийскому морю имелся только Кронштадт.


в) Конечно, нельзя делать Сталину эту или другую уступку без того, чтобы не требовать соответствующей услуги за услугу. (...)"
Из отчета начальника русского отдела английского Министерства информации

Латвия без героев?

25 марта 2010 («Вести Сегодня Плюс» № 12)
Трагедия титульной нации в том, что она заняла сторону проигравших

Автор: Игорь Мейден
Об этом корреспондент "Вести Сегодня" побеседовал с известным историком Латвии, издателем журнала "Клио", автором научных книг и документальных фильмов Игорем Гусевым.
— Игорь, если официальные власти Латвии заявляют, что 16 марта — день скорби, то по глазам, лицам, словам тех, кто участвовал в позорном шествии, ясно: праздничная дата. Этому и своих деток учат. Вот отпрыски сопредседателя "Все для Латвии!" Иманта Парадниекса, школьники младших классов Хелвис и Рихардс, говорят: каждый год отмечаем с отцом "день наших бойцов, которые вместе с немцами воевали против русских".
— В государстве сделали все, чтобы переформатировать мозги подрастающего поколения. Нам, "оккупантам", все время твердили: мол, оставьте легионеров в покое, это бедные старики, доживающие последние годы, 16 марта они лишь поминают своих павших товарищей. Однако я всегда утверждал: 16 марта давно не поминовение павших, а попытка для многих самоутвердиться, опираясь не на факты, а на мифы.

Причем когда ты с историческими документами в руках лишаешь людей этого мифа, они страшно обижаются и оскорбляют. Я с этим столкнулся, когда мы с коллегой Александром Дюковым были на передаче у Андрея Мамыкина. Тогда раздавались звонки в студию, нам яростно твердили: "Что вы лезете в наши латышские дела своими свинячьими руками, вас они не касаются!"

Но Латвия — и моя родина, как бы это кого–то не раздражало. Люблю ее, поэтому мне больно и обидно, когда страну превращают в посмешище. Как в анекдоте, где встречаются садист с мазохистом. Последний говорит: мол, помучай меня, помучай! Первый отвечает так ехидненько: "А вот не буду!" У нас страна садомазохистов. Их, понимаете ли, все мучают да насилуют, кругом исторические боли, обиды. Но, не дай бог, кто–то посмеет лишить их этого сладкого чувства!


Давить как крыс!

— Только исторические факты: еще в апреле 1941–го нацистами был разработан "План Ост", известный также как "меморандум Розенберга". Он выложен в Интернете на языке оригинала… Там четко указано, какая судьба была уготована немцами для Латвии и латышей: часть непригодного в расовом отношении "материала" выслали, а оставшиеся подлежали онемечиванию. И когда мне говорят, что латышские легионеры боролись за свободу Латвии, то хочется смеяться и плакать от этого наивного идиотизма. За чью свободу?! Какой Латвии?! Латыши являлись расходным материалом.

— Отморозки из всем известных партеек, стремящихся во власть, утверждают: мы не неонацисты, а патриоты Латвии, за которую и сражались легионеры. Но давайте будем последовательны. Латышский легион — формирование Ваффен СС, нацистское. Значит, тот, кто поддерживает легионеров, прославляет нацистов и по праву должен с гордо поднятой головой прямо сказать: я — неонацист!

— Да черт с ним, с СС, что все к этому привязались! Даже если бы легионеры просто служили в составе вермахта, как те же французские коллаборационисты, которые не были эсэсовцами, но полицаями, сотрудниками разных административных органов, то все равно они опозорены и запомоены. Французы своих коллаборационистов травили и давили после 1944–го как крыс, а девиц, гулявших с немцами, брили налысо и голых, измазанных краской гоняли по улицам, осыпая плевками и побоями. Тех, кто служил в полиции режима Виши, уничтожали без суда и следствия…

— Но советская власть относилась после войны к легионерам достаточно гуманно. Вот почему они теперь гордо шествуют по улицам. Есть кому шествовать!

— Давайте разберемся наконец, кто воевал за свободу Латвии. Чтить надо не нацистских недобитков, а героев 130–го латышского стрелкового корпуса. Не будь их, не было бы и свободы. Латыши для немцев всегда были быдлом, созданиями второго сорта. Помните, господа умники, 1941–й, когда сюда пришли гитлеровцы? Тогда всех "патриотов", встречавших их с красно–бело–красными флагами, тут же построили, приструнили и строго запретили демонстрацию государственной символики "какой–то Латвии". Здесь был образован рейхкомиссариат Остланд с немецким наместником. Ни о какой свободной Латвии и речи быть не могло.

Немцы стали заигрывать с национальными формированиями лишь после 1942–го, получив по сопатке от советских войск под Москвой и Сталинградом, когда стало ясно, что собственных силенок не хватает, понадобилось свежее пушечное мясо, и погнали "латышских патриотов" в легион. Хотя очень многие шли туда и добровольно. Кстати, литовцев в легион загнать не смогли, хотя пытались. Гитлеру служить они отказались. Это к вопросу о том, что, дескать, "не было выбора".


Если бы победила Германия…

— Тот же Райвис Дзинтарс отрицает, что латышей насильно загоняли "к немцам", шли они туда с патриотично поднятой головой…

— Ну да, и песни пели: "Вначале мы побьем вшивых, потом серых". Допустим немыслимое: нацистская военная машина победила СССР, рейх покорил всю Европу, весь мир, и вот бравые парни из Латышского легиона вдруг разворачиваются и идут на немцев — бить "серых", выдвигать условия по поводу будущего "независимой" Латвии. Сплю и вижу, как горстка этих неимоверно крутых вояк ставит на колени Германию, навязывая ей свои условия!

Многие латыши искренне полагают, что СССР оккупировал Латвию. Но в годы этой так называемой "оккупации" всем жителям выдали советские паспорта, сделали полноправными гражданами СССР. Да, были репрессии, да, депортации… Но! Гражданами какого государства являлись латыши после того, как эту территорию заняли нацисты? Германия дала им паспорта Третьего рейха? Нет, им выдавались лишь временные удостоверения личности жителей Остланда. И заявление "легионеры воевали за свободу Латвии" — фетиш.


Постыдиться и утопиться

— А ведь немало исторических личностей, которые могли бы по праву считаться героями Латвии, в честь них могли бы устраивать праздники, — подчеркивает историк. — Но почему–то здесь принято брать в героев тех, кто проиграл.

— Достаточно вспомнить Лачплесиса…

— С глубоким уважением отношусь к Андрею Пумпуру — офицеру, герою Русско–турецкой войны, но что касается созданного им образа национального героя… Герой, полумедведь–получеловек, странный. Первый же его подвиг — убийство родного (в прямом смысле слова!) существа, медведя. А это по всем понятиям непростительное, страшное преступление!

Медведь — это традиционный символ России, русских. Их зримый образ. Вся сила Лачплесиса в его знаменитых медвежьих ушах. Основа неодолимой мощи латышского витязя — неразрывная, корневая связь с Русью. Лачплесис, лишившись ушей, лишается и своей силы. Искалеченный, слабый, беззащитный, только и может он, обхватив в последнем смертном объятии европейского Черного рыцаря, вместе с ним пасть в реку и погибнуть. Латышский герой обречен…

И сегодня нынешние национал–радикалы лишают свою страну "медвежьих ушей", а они во всем — в языке, культуре, традициях, истории. Только немецкие уши вместо этих не вырастут! И сил не дадут. Останется только всем дружно утопиться. К этому как раз и толкают национал–патриоты: губят свой народ, который без России, без русских обречен на бессилие и угасание.

— Так кем Латвия должна гордиться?

— Был, например, отважный ливский вождь Ако, боровшийся в XIII веке против немецких крестоносцев, о чем рассказывается в "Хронике Генриха Латвийского". Многие латышские школьники считают своим героем Ако?


Вычеркнутые из истории

— Другой истинный патриот — Фридрих Бриедис: офицер, латышский стрелок, герой Первой мировой. А в годы Второй мировой 15 латышей стали героями СССР. Разве то, что воевали они на "неправильной" стороне, умаляет их грозную доблесть?

Снайпер Ян Вилхелмс: на его счету две сотни уничтоженных гитлеровцев. Ныне живет прославленный герой Вилис Самсон — командир партизанской бригады. Герой–подпольщик Мартиньш Пога. Когда его окружили гестаповцы, он несколько часов отстреливался на лестничной клетке рижского дома по Яниса Асара, 15, и погиб, не сдавшись.

Арвид Рендниекс с группой товарищей готовил восстание в Саласпилсском концлагере. Предатель выдал их, в ночь с 5 на 6 мая 1943–го они были казнены в Бикерниекском лесу. На краю могилы они оказали палачам сопротивление и были расстреляны только после яростной схватки. Вспомним Иманта Судмалиса, антифашиста, подпольщика, казненного гитлеровцами. Полный кавалер ордена Славы Янис Розе, командир лыжного батальона Янис Рейнберг, отважная Зента Озола — всех и не перечислить.

Латышские партизаны, боровшиеся с гитлеровцами и их пособниками, взрывали мосты, пускали эшелоны под откос, нападали на воинские подразделения, громили опорные пункты врага. А какие подвиги совершали пресловутые "национальные партизаны"? Давайте перечислим разграбленные магазины, изнасилованных комсомолок, вырезанные семьи колхозных активистов. Сравним эти цифры с количеством реально уничтоженных "лесными братьями" советских "солдат–оккупантов"? Каков действительный их вклад в борьбу за "независимую Латвию"?

Сейчас фонд "Историческая память" готовит полный пофамильный список всех, кого уничтожили латышские национальные партизаны в 1940–е. Информация основывается на архивных сводках МВД, ежедневно поступавших в Москву. Известно, национальные партизаны уничтожили в Прибалтике тысячи людей, большинство из которых составляли мирные жители. Работа, достойная патриотов!

…Трагедия латышского народа в том, что горластые политиканы лишают его памяти о настоящих героях, навязывая в герои подонков вроде Арайса и Цукурса. Об этом горько и больно говорить, но такая нация не имеет будущего.

"Вести Сегодня +", № 12.