Да не умничаю я! Если лень думать - объясняю на пальцах. Вопрос в том, кто будет иметь маржу: алдерманы - военные или олдермены – олигархи.
Если плохо работает Интернет или просто лень посмотреть - вот справка:
МИХЕЛЬС - (Michels) Роберт (1876-1936) - историк, экономист и социолог. Родился в Германии, в 1926 принял итальянское гражданство. Выдвинул т. н. "железный закон олигархических тенденций" в демократическом обществе, утверждавший необходимость "активного меньшинства" (элиты) и отвергавший господство масс. Участвовал в социалистическом движении, затем порвал с ним. Наиболее известен благодаря работе "Социология политических партий в условиях современной демократии" (1911) в которой , содержится анализ социалистических партий, сделанный на основании личного опыта участия в этом движении; в этой работе М. выдвинул так называемый "железный закон олигархических тенденций": необходимость существования в обществе элиты (активного меньшинства), так как "прямое господство масс технически невозможно". В конце жизни восхвалял фашизм. Посмертное издание "Первые лекции по политической социологии" (1949).
Вклад в развитие политической мысли. Среди политологов получили признание работы Михельса в области теории элит, о партиях и социально-политических движениях, о бюрократии и по вопросам взаимосвязи демократической теории и практики. Вместе с тем главная заслуга этого ученого – сформулированный им "железный закон олигархии", смысл которого в том, что партии, массовые движения, крупные социальные и политические структуры в целом подчиняются тенденциям к олигархизации, бюрократизации и авторитарности, которые выражаются: в сосредоточении власти в руках их лидеров (они становятся профессиональными и легальными политиками и в итоге внедряются в состав правящей элиты) и профессионального аппарата (партийной бюрократии); в уменьшении влияния рядовых членов на политику партии и в ослаблении их контроля над аппаратом и лидерами; в отходе от первоначальных целей и их замене интересами партийного руководства и управленцев. Разработке подобной закономерности предшествовали эмпирические исследования европейского социалистического движения, давшие материал для теоретизирования. Михельс полагал, что даже для оппозиционных левых партий и движений (или вообще движений демократической ориентации) по мере их усиления характерны спад политического радикализма и фактический отход от первоначальных целей. Это объясняется тем, что для эффективной организации массовых движений и партий необходим развитый институт партийного лидерства, устойчивый и профессиональный партийный аппарат, состоящий из выходцев из пролетариата, постепенно отстраняющихся от своего класса: они приобретают знания и навыки, недоступные рядовым членам соцпартий, они участвуют в политической борьбе и интригах в законодательных органах власти и в профсоюзах (т.е. осуществляют властные функции). Тем самым для лидеров и функционеров более далеким становится понимание основы своего класса – тяжелого наемного труда и они все больше уподобляются мелкой буржуазии. Приобретенный ими социальный статус всецело зависит от парторганизации; значит, аппаратчики превращаются в выразителей и защитников интересов парторганизации, бюрократического компонента ее структуры, а не своего класса. Сверх того, они приобретают сильное влияние на партию и ее политику путем контроля над ее ресурсами, над принятием решений, что и приводит к уменьшению политического радикализма и к реформизму в социалистическом движении. Но такой вывод Михельса довольно скоро стал подвергаться критике в силу того, что появились серьезные исключения: напр., труднообъяснимый радикализм партии большевиков в России, неудовлетворительное с научной точки зрения противопоставление консервативно-реформистской партийной элиты и неизменно революционно-радикальных масс. Тем не менее, положение Михельса о росте консерватизма и олигархичности социальных структур в смысле их переориентации на собственные интересы (т.е. интересы управленческих и руководящих кругов) по мере их институционализации, усложнения и увеличения численности довольно распространено и в современной политологии, хотя и воспринимается только как одна из возможных тенденций, которую можно пресечь. Важен вывод Михельса о том, что изучение административно-бюрократических систем в политике не является полным без учета норм, ценностей и интересов представителей бюрократии, ибо олигархический характер власти вызван не только техническими требованиями организаций, но и психологическими свойствами их представителей (лидеров, управленцев и т.д.). Михельс модифицировал теорию "циркуляции элит" В.Парето, отметив: новые силы (контрэлиты), регулярно поднимающиеся из масс, ассимилируются в уже сложившиеся структуры элиты, причем их поведение и мировоззрение определятся не предыдущим социальным статусом, а текущей политической ситуацией, в зависимости от которой власть осуществляется "политико-экономическим", "политико-интеллектуальным" или "волевым политическим" классом. Первоначально Михельс придерживался руссоистского отношения к демократии, считая подлинной только прямую демократию с непосредственным участием масс в политике и видя в олигархизации угрозу демократии, В течение жизни он изменил эту позицию на противоположную: олигархизация неизбежна в силу того, что сама демократия не может существовать без организаций, элиты и т.д., а народ не способен эффективно властвовать; более того, олигархизация даже желательна, ибо приводит к власти "лучших". Несмотря на спорность многих идей Михельса и абсолютизацию им олигархических тенденций, его научное наследие вызвало немало плодотворных дискуссий, позволивших лучше понять поднятые им проблемы и увидеть связанные с ними опасности для демократии.
