[
b]Степанович писал(а):[/b]
Эта байка имеет и литературное подтверждение!
И. Стаднюк."Москва, 41-й"
ПОЯВИЛОСЬ ВРЕМЯ, ЧТОБЫ НАЙТИ ИСКОМЫЙ ОТРЫВОК У СТАДНЮКА:
[– Сознался, как он выжимает водку из смеси керосина и спирта?
– Сознался… Пришлось пригрозить откомандированием из штаба.
Все в автобусе с недоумением прислушивались к обмену странными фразами командующего армией и начальника артиллерии. Полковник Шалин, подошедший было с указкой к карте, укоризненно посмотрел оттуда на генерала Лукина, затем обидчиво произнес:
– Если нет желания слушать меня – можете каждый самостоятельно ознакомиться с планом операции. – И он пристукнул указкой по углу стола, где лежали документы.
– Извини, Михаил Алексеевич. – Лукин отодвинулся к стенке автобуса, чтобы лучше видеть карту, и с чувством веселой виноватости пояснил: – Тут, понимаешь, действительно случай особый… Даже для твоей утонченной натуры интересен. Рассказать в двух словах? – И, не дожидаясь ничьего согласия, продолжил: – Те бочки спирта, которые чернышевцы захватили у немцев, частично отдали медикам, а частично смешали с керосином, чтоб никто не пил, и стали заправлять этой дрянью баки грузовиков. Между прочим, моторы работают на ней отменно… А тут генерал Прохоров вдруг доложил, что среди его водителей и артснабженцев замечены случаи пьянства…
– Ну не совсем пьянства, но крепко выпившие встречались, – уточнил генерал Прохоров и так заразительно расхохотался, что лицо его посветлело и помолодело, а всем послышалась в его смехе еще и какая-то необычная занимательность.
– Будете утверждать, что нашлись такие, которые могли пить смесь спирта с керосином? – спросил полковник Шалин. Лицо его выражало не только полное недоверие, но и раздражение: он не любил тратить время на пустые разговоры.
– Михаил Алексеевич, ты извини нас, недообразованных. – Лукин уже сам смотрел на Шалина с дружеской усмешкой. – Мы иностранными языками не владеем, специальных институтов не кончали. Поясни нам, пожалуйста, как можно из смеси керосина и спирта получить водку.
– Это у химиков надо спрашивать, – озадаченно ответил Шалин. – Но полагаю, что нужен какой-то перегонный аппарат, какие-то центрифуги, отстойники…
– Гвоздь нужен! – весело воскликнул генерал Прохоров. – И четырехклассное образование!.. Впрочем, образования вовсе не надо! Его молоток заменяет!
Автобус наполнился веселым шумом, и Шалин, пожав плечами, сел на скамейку рядом с дивизионным комиссаром Лобачевым. При этом обидчиво сказал:
– Сейчас надо ломать голову над планом операции и плакать от нехватки сил и боеприпасов, а им весело! Нашли время зубы скалить!..
– Нет… О серьезном идет разговор, – строго прервал начальника штаба дивизионный комиссар Лобачев, пристукнув по столу сразу двумя кулаками. – Как известно, пьяные подразделения не могут являться боевыми единицами!
– Откуда пьяные? Почему? – не сдавался Шалин. – Когда батальон из дивизии Городнянского отбил у немцев спиртзавод, там полно было питья! Но кто видел в батальоне пьяных? Грамма никто не выпил!
– Верно, не выпил, – согласился Лукин. – Там все понимали, что идет бой… А в обороне, да еще в ночное время, могут объявиться охотники полакомиться спиртным…
– Объявились! – поддержал командарма генерал Прохоров. – Пришлось пресекать… Вот тот, который сейчас кукарекал… Красноармеец Курнявко… Хороший боец! А что придумал? Наливал полведра смеси спирта и керосина, доливал туда воды, вода смешивалась со спиртом и опускалась на дно, а керосин всплывал… Дальше сами понимаете: гвоздь плюс молоток… Из дырки в дне ведра вытекал крепчайший и чистый раствор спирта… Вот вам и четыре класса образования у бойца Курнявко!..]
