Днепр - Кайдаки

Ребята с Правдинской ветки во главе с везде успевающим Хлопком начинают составлять достойную конкуренцию Кайдакам!

Кайдакчане, трясите свои загашники с полковыми фотками, чтобы не отставать!

И вообще, у нас тоже есть чем народ удивлять!

Например, у нас есть один энтузиаст-любитель, у которого в гараже (кроме кучи других интересных штучек) стоит работающая самолетная радиостанция Р-832!
Вот так-то!

Алексей, не смешите, пожалуйста, мои тапочки!
Посмотрите на количество постов и просмотров, а потом порите эту чепуху!
Когда количество ихних постов хотя бы по порядку :woohoo: сравняется с безусловным лидером хит-парада, вот тогда и полезем в загашники.
А шаржики "от Гены" слабо? :dry:
P.S. Если не трудно, то фамилию "любителя" - в студию!

Саня, Правдинцам действительно до Кайдакских еще очень далеко по количеству постов и просмотров. Но не только этими показателями определяется "лидер хит-парада"! :laugh: Есть еще суть и содержание, с вашего позволения... И вот тут ребята действительно молодцы, и у них на ветке не менее интересно, чем у нас (несмотря на их "молодость" ).
Так что, Александр, зря Вы иронизируете!
(И фотки из загашников надо не ломаться, а доставать, если таковые имеются )

P.S. Насчет шаржей от Гены - будем работать.
А насчет "фамилию любителя-энтузиаста в студию" - только с его разрешения, а я пока такое "добро" от него не получал.
Но то, что он есть, не сомневайся - приезжай, и хоть ты и не радист - организуем тебе сеанс связи!

Наша память-дирижер, с помощью инструмента-ностальгии, извлекает подчас из глубин прошлого замысловатые мелодии-воспоминания…
И эти «мелодии» памяти дополняют нашу нынешнюю жизнь, хоть и пронизанную преимуществами и атрибутами современного общества, но давно лишенную совкового своеобразия и армейских «прелестей», прежними теплыми нотками. И то, что когда-то казалось несуразным и нелепым, благодаря магическому воздействию времени уже давно воспринимается милым и трогательным...

…Интересно, что сейчас находится в том знаменитом подвальчике?

Коренные москвичи должны помнить этот подвальчик-пивбар возле станции метро «Таганская». Уж не знаю, какими неисповедимыми путями именно это неказистое злачное заведение четверть века назад пользовалось бешенным успехом у днепропетровчан, убывающих в кратковременную загранкомандировку. Путь в страны с сухим и жарким климатом лежал через Москву, где проходили последние «отеческие» наставления убывающих за границу, их настрой на воодушевленный труд по будням и образцовое поведение на досуге, соответствующее пресловутому «русо туристо - облико морале». Вполне понятно, что новоиспеченных «туристо» на всех психо-физических уровнях – и сознательном, и подсознательном, тянуло оттянуться напоследок в родных пенатах, в том числе и родным разливным пивом. (Справедливости ради стоит отметить, что никакие запреты и страшилки замполитов и прочих ответственных товарищей, накачивающих нашего брата перед спецкомандировкой, не мешали снимать стресс после трудовых подвигов и «за бугром». Ввиду отсутствия в пустыне разливного пива на выручку приходил финиковый спирт, которым местные аборигены манкировали, благодаря чему этот продукт всегда пребывал в изобилии.)

Кто и при каких обстоятельствах первым из Днепропетровского АРЗ протоптал дорожку в подвал на Таганке, теперь уже не выяснить. Но факт остается фактом – традиция сложилась. (Кстати, не там ли в 60-х годах снимали сцену в пивбаре из легендарного «Берегись автомобиля», когда ушлый бармен-прохиндей подливал водку в пиво героям Ефремова и Смоктуновского? Во всяком случае, это было бы красивым объяснением.) Как бы ни было, традиция сложилась, и как наши космонавты никогда не отправлялись в космические дали без ритуального орошения колеса своего автобуса по дороге на стартовую позицию, так и днепропетровские товарищи не убывали в североафриканские или ближневосточные пустыни без ритуального посещения приснопамятного заведения на Таганке.

Обстановочка там была еще та - Содом и Гоморра отдыхают.
Грязно, шумно, людно. Дым коромыслом, хоть топор вешай. К едкому табачному духу ненавязчиво примешивалось традиционное кислое амбре советской столовки. Народу – не протолкнуться. Да и публика преобладала более чем демократичного вида и маргинального содержания. Самыми аристократичными среди этих люмпенов выглядели бородатые «митьки» в тельняшках и с неизменной беломориной в зубах.
Суровое мужское общество скрашивали дамы : шалуньи всех возрастов, преимущественно постбальзаковского, кокетливо отсвечивающие фиолетовым сиянием свежепоставленных синяков.
Добавьте ко всему вышеописанному пиво не лучшего качества, селедку не первой свежести, грязные кружки в качестве посуды и стиль убогого казарменного модернизма в качестве интерьера – и вы получите вполне законченное представление об этом славном заведении эпохи загнивающего социализма…

И вот в эдакий вертеп пополам с бедламом завели добрые товарищи когда-то и меня - новичка, в первый раз готовящегося к отправке в арабские палестины.
Сказать, что я испытал шок от увиденного – значит, ничего не сказать… Это было круто...

И что бы вы думали? Совершенно необъяснимый парадокс : через год, во время следующего посещения Москвы перед командировкой, подчиняясь какой-то неведомой и непреодолимой силе, теперь уже я, как бывалый, повел очередных новичков в пивбар на Таганке…:woohoo:
Естественно, действующие лица и декорации были те же…

Интересно, что сейчас находится в том знаменитом подвальчике?


(В следующий раз – о «веселых» вопросиках, которые задавали на комиссии, утверждающей кандидатуры загранкомандированных. Вот где Задорнов бы порадовался…)

Тезка,перечитывая твои классные "мелодии", отчего-то вспомнился мой любимый Юрий Поляков( на третьем месте после Довлатова и Дедолко)с "Парижской любовью Кости Гуманкова". Навеяло, так сказать(пардон за длинную цитату):

" В пивной "Рыгалетто" можно услышать что угодно: от сквернословного рассказа о производственном конфликте с гнидой-бригадиром до душераздирающей любовной истории, от парнокопытного мычания до искрометной полемики вокруг воззрений Пьера Тайяра де Шардена. Пиво, как и жизнь, любят почти все, поэтому здесь можно встретить и собирающего опивки бомжа, и доктора философии, интеллигентно пригубливающего из особым образом обрезанного молочного пакета.
- Ну и грязища! - кротко возмущается пожилой мужичок, с виду командированный.
- Не в Париже! - беззлобно отвечает ему человек с фиолетовым лицом.
И мне совершенно ясно, что "Париж" - последнее географическое название, чудом зацепившееся в его обезвреженных алкоголем мозгах."

Да, тезка, пивная "Риголетто" и подвал на Таганке - близнецы-сестры!

Лёлик писал(а):
...В следующий раз – о «веселых» вопросиках, которые задавали на комиссии, утверждающей кандидатуры загранкомандированных...

Следующий раз наступил.

Начну издалека.
Первопроходцы загранкомандировок на нашем АРП были, подобно небожителям, окружены ореолом всеобщей зависти. Все завидовали этим счастливцам и мечтали влиться в их ряды. Пребывание в этих рядах давало множество возможностей: от полезной возможности улучшить свое материальное положение до приятной возможности увидеть заморскую экзотику своими глазами. Не говоря уже о невинной радости побаловать родственников и друзей скромными сувенирами, а собственных детей – нескромным количеством вожделенного, но малодоступного тогда продукта под названием жевачка. (Мои давно повзрослевшие дети до сих пор вспоминают те эмоции, который испытали в первый раз при виде жевачного изобилия. Нынешним этого не понять. Целую неделю дворовая детвора ходила непрерывно жующей, обмениваясь вкладышами и восторгом.)

Прошло совсем немного времени, и к командировкам привыкли. Через поездки за границу прошли не только «избранные» из экспортного отдела, но многие другие специалисты предприятия, и военные, и гражданские. Детей городка уже трудно было удивить жевачным ассортиментом, а всех остальных – повторяющимися сувенирами, привозимыми для коллег из-за бугра. Заморская экзотика, после остолбенения от первого посещения магазина дюти-фри в аэропорту Ларнаки на Кипре (80-е годы!), очень быстро сменялась однообразным пустынным пейзажем на несколько месяцев. И только материальная составляющая загранпоездок оставалась не только непоколебимым преимуществом, но и приобретала все большее значение в условиях надвигающегося краха системы и обесценивания советских рублей.

Но все это будет позже, а мы начали разговор с «первопроходцев». Этим счастливчикам лавровые венки доставались непросто. Торная дорожка «за три моря» лежала и через тернии. Не буду описывать все препоны и трудности на этом пути, тем более в числе первых счастливчиков не был, но об одном из испытаний могу поведать.
Окончательную точку в решении вопроса – быть или не быть тебе за границей, ставила одна любопытная процедура. Разумеется, уже после всех проверок «контриками» твоей родословной и биографии на предмет отсутствия порочащих связей и темных пятен, после решения вопроса с командиром, после утверждения парткома и профкома, и т.д и т.п. Процедура эта заключалась в утверждении кандидатуры высокой московской комиссией. Пред очи этой комиссии надо было предстать лично. Состав, расположение и точное название этого органа мне неизвестно, да это и неважно (при желании можно выяснить). Поскольку самому мне такое «удовольствие» уже не досталось (видимо, в преддверии агонии советской власти идея себя изжила), рассказываю со слов одного из очевидцев.

Этим очевидцем был Витя Атаманенко, в свое время в числе нескольких других счастливчиков перешедший из полка на ремзавод. Кстати, я когда-то уже рассказывал про Атамана одну историю из полковой жизни под названием «Находчивый прапорщик». Он и в этот раз подтвердил свое реноме находчивого.

Итак, с его слов это выглядело следующим образом. Высокую комиссию возглавлял генерал-полковник от ЗРВ. Остальные члены комиссии тоже были чернопогонниками. По иронии судьбы, и среди кандидатов представителей авиации не было. Единственный генерал-майор с голубыми петлицами, из состава комиссии, был в самом начале вызван из зала дежурным, и больше не появился, так что Атаман остался без поддержки авиации.
К тому же, все кандидаты были офицеры, а он среди них единственный прапорщик. Таким образом, сама судьба предопределила, кто первым из испытуемых взойдет на эшафот, и Витя мужественно принял эту сомнительно-почетную миссию.

-Ну-с, товарищ прапорщик, с Вас и начнем – и председатель приглашающе (а Атаману показалось, что кровожадно) указал ему на лобное место - перед столом комиссии.
-Прапорщик Атаманенко! – бодро представился Атаман.
-Фамилия у Вас боевая, казацкая - коварно начал с комплимента генерал.
-Или разбойничья… - ехидно подпортил комплимент кто-то из членов комиссии.
-А вот это мы сейчас и выясним… - и генерал принялся листать личное дело Атамана. Углубился в характеристику.

-Так Вас с такой характеристикой хоть сегодня в космос посылай! Характеристика явно необъективная. Сами писали? Неужели это все правда, и Вы весь такой сплошь положительный, пробу негде ставить? – иронически вопросил генерал. - Неужели у Вас нет недостатков?

-Товарищ генерал, если бы я имел серьезные недостатки и был недостоин, я бы не стоял сейчас перед Вами – ловко нашелся Атаман.

Атаман скромно умолчал, что то же самое про образцово-показательную характеристику он уже слышал чуть ранее от замполита Днепропетровского корпуса ПВО, на утверждение к которому он лично возил несколько характеристик, в том числе и свою. АРП не подчинялось корпусу, но кто-то из руководства ПВО дал команду утверждать характеристики убывающих за границу из АРП именно в корпусе. И как раз Атаман, будучи помощником дежурного по части, повез их туда на утверждение.
И первое, что он услышал от вредного зама комкора по политчасти, было : «Я не буду это подписывать! Характеристики написаны как под копирку, сплошь положительно и явно необъективно!»
Пришлось Атаману звонить нашему кадровику, тот подключил начальника АРП, и вопрос в итоге был улажен. Обо всем этом Атаман комиссии, конечно, рассказывать не стал, а наоборот - для подкрепления своей позиции добавил:
-К тому же, товарищ генерал, характеристика утверждена собранием трудового коллектива и партийным бюро части - и Атаман наивно полагал, что выкрутился.

-А вот кстати. Почему Вы не коммунист??

Вот так вопросик! Это была заявка на провал…

Окончание следует.